Михаил Ахманов - Первый после бога
– Парни хотят пошарить в лагере и по карманам испанцев. Просят вашего дозволения, сэр. Покойникам монета ни к чему.
– Хорошо, пусть заберут деньги и все ценное. Я свою долю уже получил. – На раскрытой ладони Шелтона лежало кольцо с рубином. – Пусть шарят, только побыстрее!
– Блоха помочиться не успеет, – молвил Томас Белл и махнул рукой команде: – За работу, ублюдки! Все в общий карман, потом поделим!
Начался торопливый грабеж. С луга привели лошадей. Они изгибали шеи, ржали, косились на трупы, и капитан велел отогнать их на полсотни шагов. Уильяк Уму направился к крайним хижинам селения, снова вскинул руки к небу и испустил протяжный вопль. Индейцы тут же успокоились – вероятно, поняли, что схватка случилась меж белых людей, а их не тронут. Да и брать в деревушке после испанцев было нечего.
Солнечный диск вышел из за гор, когда отряд Шелтона помчался вдоль реки на запад. Река была неширокой, но полноводной – видимо, в горах начали таять льды и снега. Чего то похожего на дорогу не нашлось, но берег покрывал слой мелких камешков, принесенных потоком – удобный путь для конных. За этой каменной россыпью простиралась равнина, частью распаханная и пересеченная канавками, в которых струилась вода, частью поросшая травой и деревьями; пейзаж по другую сторону реки был точно таким же. Эта мирная картина и привычное движение успокоили лошадей, они уже не храпели в панике, не прядали ушами, а подчинялись узде. Звонкий цокот копыт по камням сливался с журчанием реки; иногда ножны или приклад мушкета стучали о седло, или кто то из всадников погонял лошадь хриплым криком.
Расстояние до усадьбы Орельяны было небольшим, шесть с четвертью миль, как говорил Сармиенто. Так и оказалось. Границу поместья отмечали пара столбов и оливковая роща, за нею лежал виноградник с зеленеющей лозой, а дальше виднелись хозяйственные постройки – конюшня, кузница, сараи с прессами для отжима масла, навес, под которым стояли винные бочки. Несмотря на ранний час, там уже копошились люди, замершие на месте при виде всадников.
Господский особняк, называвшийся в этих краях каса, высился тремя милями дальше. Дом стоял на невысоком холме у реки – массивная квадратная постройка из бревен и досок на каменном фундаменте, о двух этажах, крытая черепицей. Еще не заглянув внутрь, Питер Шелтон знал, что там увидит: внутренний дворик патио с непременным крохотным бассейном, окружающие двор галереи, защищенные от солнца плотными тростниковыми циновками, лестницы, ведущие на второй этаж, и двери в комнаты, в двадцать или тридцать прохладных комнат, скрытых в глубине строения. Таким был дом деда, в котором он вырос, и точно такими же были другие дома, возведенные на испанский манер, что больше всего подходило для жаркого климата Вест Индских островов.
От реки на холм вела плотно утоптанная дорога. Одолев ее, отряд спешился; люди настороженно озирались, держа клинки и мушкеты наготове и ожидая приказов. Каса встретила их мертвой тишиной: ни шарканья ног, ни звона посуды, ни человеческого голоса. Шелтон хмурился, глядел на дом в недоумении: легкие изящные ворота, сорванные и изломанные, валялись под входной аркой, коновязь слева от нее явно разбита в схватке, цветник справа растоптан, а в стене засело не меньше дюжины мушкетных пуль. Вид у дома был такой, словно он подвергся осаде и штурму. Эта картина никак не могла стать фоном для долгожданного соединения двух любящих сердец.
– Странно… что то здесь не так… – пробормотал капитан, переглянувшись с Кингом. – Смарт, ты и Нельсон осмотрите окрестности, поищите следы на дороге и у реки. Айрленд, твоя команда пусть оцепит дом. Брукс и Миллер, останетесь при лошадях. Остальные – за мной!
Он нырнул под арку, сделал два шага и чуть не споткнулся о труп чернокожего – негр лежал на спине, его шея и лицо были залиты кровью. В патио, у бассейна, валялись стулья, сорванные циновки и тонкой работы столик из фернамбука, а среди них – трое мертвых мужчин, два индейца с топорами и повар испанец, судя по фартуку и тяжелому секачу. На верхней галерее тоже виднелись неподвижные тела, а на лестницах и каменных плитках патио – кровавые отпечатки сандалий.
«« ||
»» [134 из
226]