Михаил Ахманов - Первый после бога
– Не читал, это верно. Ты и твой отец поделились с Кромби, вашими компаньонами, не всем, что написал Чарли Шелтон.
– Не всем, но самым важным, теми сведениями, что могут спасти компанию от бакротства, – заметил капитан. – Остальное вас не касается.
Про печень, которую скармливают псам, старый Чарли ничего не сообщал, как и о других злодейских обычаях араваков. По его свидетельству, они были воинственным племенем, каждый мужчина отлично владел дубинкой, луком и копьем, и мореходы Дрейка испытали это на себе. Приняли их с миром, но затем у араваков возникло подозрение, что к ним заявились испанцы, и в результате стычки погибли люди из экипажа «Золотой лани» и несколько индейских воинов. Дрейк мстить не пожелал, и конфликт разрешился – каким образом, в дневнике Чарли не сообщалось. Он писал лишь о том, что подружился с индейцем Пиуараком, рассказавшим ему о таинственном городе среди неприступных вершин, от которого лежит путь к реке Урубамбе и дальше, по мостам над ущельями и через перевал, к джунглям и огромному водопаду, что низвергается с подпирающих небо утесов. Этот Пиуарак был не из местного племени, а являлся одним из беглецов, что приплыли на Мохас, устрашившись испанской власти и бога, которого привезли захватчики. Все обитатели острова относились к нему с благоговением, ибо он вел род от великого инки Атауальпы, предательски казненного испанцами. И был Пиуараку известен тайный путь, ведомый лишь немногим благородным инкам, а почему говорил он об этом с Чарли Шелтоном, в дневнике не было ни слова. Так ли, иначе, но он перечислил семь подвесных мостов, ведущих от Урубамбы к перевалу, где стоит каменный страж, воин с ликом ягуара; это изваяние – начало дороги к большой реке и водопаду, найти который нетрудно, так как грохот слышен за много миль. И если проникнуть за стену падающей воды…
«Амелия» обогнула скалистый мыс, за которым открылась небольшая бухта. Утесы, поднимавшиеся по обе стороны, прикрывали ее от ветров с континента и с океана; в глубине прятался неширокий, усеянный галькой пляж, упиравшийся в громадные валуны высотой пять шесть ярдов, а над ними мотались на ветру кроны пальм и еще каких то деревьев, похожих на разлапистые сосны. Судя по скудным описаниям прадеда, здесь бросила якорь «Золотая лань», и сэр Френсис устроил на берегу бивак, дав отдых своей команде. С той поры прошло столетие, но кто знал – может быть, на Мохасе живут потомки Пиуарака, хранящие тайну пути к сокровищнице инков. И, может быть, они поделятся этим секретом с правнуком старого Чарли…
– Глубина сорок три фута, сэр! – выкрикнул Мэт Уэллер.
– Спустить паруса, – распорядился первый помощник. – Белл и Сазерленд, к якорям! Бросать по моей команде!
Волны с шумом катили на берег, покрывая гальку белым кружевом пены, тут же таявшим на камнях. С утесов свисали буро зеленые бороды лишайников, в лесу за скалами щебетали птицы, и им вторили чайки, метавшиеся над темной водой. Солнце, уже перевалившее зенит, казалось неясным призраком за пеленою туч, что громоздились на западном небосклоне. Было ветрено и прохладно; тучи, надвигавшиеся с океана, сулили дождь – возможно, сильное волнение или бурю. Но «Амелия» уже нашла надежную гавань; бриг неторопливо двигался к берегу, его паруса были плотно увязаны на реях, экипаж замер у шлюпок, поглядывая на твердую землю с опаской и вожделением. Остров Мохас приветствовал их птичьими трелями, рокотом волн, шелестом деревьев, но в этом хоре не было человеческого голоса. Впрочем, Питер Шелтон полагал, что за ними следит не одна пара глаз.
– Двадцать футов глубины! – доложил Уэллер, вытягивая линь с грузом.
До берега было рукой подать – примерно сорок ярдов. Первый помощник бросил взгляд на капитана, Шелтон кивнул, и тут же раздались слова команды:
– Отдать носовой якорь! Отдать кормовой якорь! Том, Дик, шевелитесь! Живее, черти!
«« ||
»» [73 из
226]