Михаил Ахманов - Первый после бога
Вождь, обнаженный до пояса, расположился, скрестив ноги, на невысоком табурете, и такой же был приготовлен для Шелтона. Устроившись на нем, капитан склонил голову и, глядя в суровое непроницаемое лицо Кондора, произнес:
– С твоего позволения, вождь, мы устроили лагерь у соленой воды, где стоит мой корабль. Теперь, когда у нас есть жилища и защита от ветра и дождя, я пришел в твой дом с дарами. Прими их в знак моего уважения.
Что то промелькнуло в глазах индейца – усмешка?.. намек на веселье?.. Как бы стирая его, Кондор провел по щекам широкими ладонями и молвил:
– Вижу, Шел та, Пришедший с Моря, ты уже гораздо лучше знаешь речь испанцев. Сейчас я слышу голос мужчины, а прежде ты говорил, как дитя, не ведающее многих слов. Или то была хитрость?
– Хитрость, – подтвердил Шелтон. – Думаю, твой шаман сказал тебе о ее причинах.
– Шаман?.. – Вождь на секунду задумался. – А, Уильяк Уму! Его ты назвал шаманом! Нет, он не из тех, кто бьет в бубен и прыгает у костра! Он просто мудрый человек – разум его быстр, как прыжок ягуара, а потому к его советам стоит прислушаться. И он утверждает, что у тебя, Шел та, Пришедший с Моря, один язык, не знающий лжи. – Кондор вдруг усмехнулся. – Конечно, когда ты не хитришь!
Две юные девушки принесли большой глиняный кувшин и деревянные чаши. Напиток – вероятно, местное пиво – был кисловатым, с резким запахом, и содержал немного алкоголя. Одна из девиц, не удержавшись, потрогала светлые волосы Мартина и прыснула в кулачок.
– Акату и Асана, мои глупые дочери, еще не подарившие мне внуков, – сказал вождь. – Только и умеют смеяться и разливать кашири. А это, – Кондор повернулся к человеку с мордой ягуара на груди, молча сидевшему за его спиной, – это Оропана, один из тех, кто ведет в бой моих воинов. У него твердое сердце и сильная рука.
– Я рад, что встретил его, – произнес Шелтон и назвал имена своих спутников. Впрочем, Мартин Кинг тут же сделался Кину, Чьи Волосы из Облака, а Берт Айрленд – Ара сибо Нож в Крови. По своим прошлым контактам с индейцами Шелтон знал этот обычай давать прозвища, иногда удивительно точные и меткие. Каким то образом Кондор распознал в Айрленде воина, лишившего жизни многих врагов, а потому наградил почетным именем.
Пришло время для подарков. Самым ценным считались изделия из металла, и Шелтон не поскупился: большой котел, три котелка поменьше, полдюжины топоров и двадцать ножей. К этому были добавлены пара рулонов пестрой ткани, латунные браслеты, ожерелья и серьги из цветного стекла, а также особый дар для вождя – тяжелый тесак в ножнах и перевязь, расшитая серебряной нитью. При виде этого оружия глаза Кондора сверкнули, он обнажил лезвие, проверил его остроту и довольно кивнул. Потом вместе с Оропаной принялся разглядывать топоры и ножи, постукивая их друг о друга и прислушиваясь к звону стали.
«« ||
»» [86 из
226]