Борис Акунин - Чёрный город
— Аман-аман, сам ты разбойник! — Кара-Гасым начинал сердиться, но это не мешало ему основательно и надежно привязывать раненого к крупу: голову — на седло лицом вверх, ноги — к хвосту. — Разбойник плохая, слабые люди обижает. А гочи слабые люди защищает, плохие люди обижает. Идем, да? Буду тебе объяснять, если ты ничего не понимаешь.
Они пошли по шоссе в сторону города, держа коня под уздцы с двух сторон. Тот будто понимал, что идти нужно ровно, копытами переступал осторожно, ямы обходил.
— Кто плохая человек, бедных обижает, я прихожу, говорю: штраф плати. Знаешь что такое «штраф»?
— З-знаю.
Эраст Петрович не сводил глаз с Масы.
«Господи, неужели умрет? Организм исключительной крепости, но нужно как можно скорее на операционный стол. Эх, надо было проверить — навылет прошла пуля или застряла».
Гасым все-таки счел необходимым объяснить:
— Штраф надо платить. Кто не хочет платить — душа вон. Но это только сначала не хотели. Когда несколько плохие люди душа вон, потом все захотели. Плохие люди на свете много. Всегда есть у кого штраф взять. Я знал, что к собака Месроп Арташесов много плохие люди гости приедут. Ждал, кто первая назад город поедет без большой охрана. Ты поехал. Совсем без никакой охрана. Хорошо, думаю. Это не только плохие люди, это глупые люди. Думал, буду за плохие люди ехать до вышка Ротшильд, где прошлый год пожар, а там догоню. Тихий место, красивый. Там всё отберу. Будут не давать — убью. Порядок такой. Кто не хочет отдавать — можно убить. Но убить можно пистолет, — (он похлопал себя по одному боку), — хэнджел тоже можно, — (похлопал по другому). — А в нефтяная скважина живой человек кидать никто нельзя. Даже плохая человек нельзя. Кто такой сделал — хуже шайтана.
— С чего ты взял, что мы п-плохие?
Гасым удивился.
«« ||
»» [126 из
419]