Борис Акунин - Чёрный город
Служитель цапнул монету и, озираясь, быстро помахал: живо, живо!
Скоро они уже были в отдельной мыльне: небольшой комнатке, сплошь выложенной изразцовыми плитками. Снизу из решеток поднимались клубы раскаленного влажного пара.
— Это помойка кидай! — сказал Гасым про фандоринские лохмотья. — Штиблет тоже кидай.
— А в чем же я п-пойду?
— Ты теперь будешь не русский, а дагестан. Вот. — Гочи достал из узла бешмет, папаху, мягкие сапоги, еще какую-то одежду. — В Баку дагестан много. Легко прятаться. По-нашему они не говорят. У дагестан каждый аул свой язык. Никто дагестан не понимает. Сам дагестан другой дагестан не понимает.
Банщик
Неплохая маскировка, подумал Эраст Петрович, с удовольствием сбрасывая лохмотья.
— Голова седой, тело молодой, — сказал Гасым, обстоятельно разглядывая голого Фандорина. — Крепкий тело. Как кяндирбаз, кто на базар по веревка ходит.
— По веревке я тоже немного умею, — скромно признался Эраст Петрович, польщенный комплиментом.
Гасым посмотрел ниже.
«« ||
»» [143 из
419]