Борис Акунин - Чёрный город
— Скорей только шайтан бегает. Всё хороший медленно ходит.
В комнату, семеня, вошла старуха с тяжелым подносом, на котором дымилось мясо и горой лежали лепешки. Поставила на стол — и сразу исчезла.
Схватив одной рукой чурек, другой — кус баранины, Гасым одновременно сунул в рот и то и другое.
— Ты знаешь, где Однорукий? Ты его нашел?
Гасым кивнул, сосредоточенно работая челюстями.
— Где он? Д-далеко?
— Недалеко. В Шубаны. На бывший дача Тер-Акопов, который два миллион пудов. Тер-Акопов свой дача Хачатур дарил.
— Как подарил? — удивился Фандорин. — Анархисту — свою дачу? Как так?
Пришлось ждать, пока гочи прожует следующую порцию мяса и хлеба.
— Очень просто. Сказал: живи, Хачатур дорогой. Мой дача — твой дача. У Тер-Акопов в Мардакяны большой дача есть, а этот маленький. Тер-Акопов туда после театр, после казино ездила, возила…, — очень четко выговорил Гасым грубое русское слово, которым обозначают женщин нескромного поведения.
«« ||
»» [153 из
419]