Борис Акунин - Чёрный город
— Пиштя! — шикнул он — и львицы попятились, развернулись, исчезли.
Фандорин двинулся дальше.
На лужайке перед самым домом нашелся и самец. Он дрых, положив косматую голову на толстые лапы. Сытого льва (а раз спит, значит, сыт) особенно бояться нечего. Если не подойти и не дернуть за гриву, не тронет.
Оглядев строение (изящный садовый павильон из белых досок, с высокими французскими окнами; внутри тихо; свет нигде не горит), Эраст Петрович показал Гасыму на правый торец, напомнил шепотом:
— Ровно две минуты, ясно?
Гасым предъявил часы, для пущей наглядности поднял два пальца.
— Два. Потом окно ломаю, всех убиваю. Гляди, Юмрубаш, на мой пуля не попади.
Двигаться по траве так, чтобы она не шуршала, — наука непростая, но Эраст Петрович владел ею в совершенстве. Он добежал до окна спальни, будто вовсе не касался земли. Помассировал глазные яблоки, чтобы включить ночное зрение. Заглянул через подоконник.
В мозгу работал счетчик, отмерял секунды.
«Восемнадцать, девятнадцать…».
«« ||
»» [166 из
419]