Борис Акунин - Чёрный город
Он не договорил, но Фандорин догадался, что хотел сказать серый кардинал Бакинского градоначальства: «Мало ли вещей, которые я знаю и наверх не докладываю. Каждый за себя».
— Хорошо. Расскажите мне про з-забастовку. У этого движения есть какой-то организационный центр?
— Трудно сказать… — Шубин снова замялся. На этот раз, кажется, не скрытничал, а действительно не знал. — По некоторым признакам создается впечатление, что забастовка дирижируется неким штабом. Однако поверить в это трудно. В Баку столько противоборствующих революционных течений. Многие находятся в состоянии непрекращающейся войны. Не представляю, что они сумели бы договориться.
— А вы сами что-нибудь предпринимаете, чтобы остановить забастовку? Или это опять не ваша область?
Подполковник возвел очи горе и приложил к сердцу мясистую ладонь:
— Видит бог, уж я ли не бомбардирую наместничество депешами об опасности всеобщей забастовки! Всё, чего достиг, — велено взять на себя часть дел коллеги из жандармского управления Клеонтьева. Чтобы у господина полковника освободились руки для противодействия революционерам. А мне велено заниматься иностранными происками. Что ж, приказ есть приказ.
— «Иностранными п-происками»? — переспросил Фандорин. — Это еще что такое? Шпионаж?
— Хуже. Шпионы, работающие на чужое государство, вынюхивают тайны, но прямого вреда не наносят — разве что во время войны. А в мире нефти война не прекращается никогда. Самая настоящая — с диверсиями, саботажем, убийствами. Опаснейшие враги бакинских промыслов — англичане из «Ройял Датч Шелл» и американцы из «Стандард Ойл». И те и другие не стесняются в выборе средств.
— Но это всего лишь частные корпорации, — пожал плечами Эраст Петрович.
Нефтеналивная флотилия
«« ||
»» [212 из
419]