Борис Акунин - Чёрный город
— Мы так не договаривались! — закричал покладистый до сего момента Шубин.
Наклонился, подобрал здоровой рукой «наган», очень некстати отлетевший ему под ноги, и выстрелил дважды: в Фандорина и в Гасыма.
Спасительное «чувство кожи» заставило Эраста Петровича в самый миг выстрела наклониться. Пуля прогудела мимо уха. Но гочи — он стоял к подполковнику боком — охнул, шатнулся, схватился за живот.
Делать было нечего. Фандорин выхватил «веблей», не переставая «крутить карусель», то есть делать резкие бессистемные движения, затрудняющие противнику прицельный огонь.
Однако Шубин не стал искушать судьбу. Со сноровкой, поразительной для такой внушительной массы тела, он развернулся и выпрыгнул в окно, вышибив стекло вместе с рамой.
— Гасым, куда тебя, в живот?
Гочи рассматривал окровавленную ладонь.
— Через жир прошла, как шампур. Дырка в стена делала. Э, где собака Шубин? Убивать хочу!
Физиономия гочи потемнела от гнева.
«Касательное. Не страшно».
«« ||
»» [313 из
419]