Борис Акунин - Чёрный город
Песня оборвалась. Все уставились на Эраста Петровича, а главный ассасин икнул и протер глаза.
— Я говорил, Фандорин всех нас спасет! — воскликнул, вскакивая, Симон.
С другой стороны, из-за спины Эраста Петровича, раздался еще один крик:
— Где она? Где Клара?
Это подбежал Леон Арт. Не утерпел-таки, ослушался.
А потом закричали и заговорили все разом. Актеры, актрисы, съемщики, осветители и гримерши — все кинулись к режиссеру и Фандорину. Одни задавали вопросы, другие шумно радовались, некоторые — не только женщины — рыдали. Буйство чувств было неописуемым, потому что артисты есть артисты, да и выпито, если судить по пустым бутылкам, было немало.
Но Леон ни на какие вопросы не отвечал и лишь повторял: «Где она? Где?» Эраст Петрович тоже объяснений давать не стал. Он крепко взял за локоть Симона как наиболее вменяемого в этом бедламе и оттащил в сторону.
— Где б-бандиты?
— Уехали. Оставили одного на башне. К воротам приближаться запретили. Он сказал, что часовой будет стрелять без предупреждения… Мон дьё, я знал, знал, что вы нас не бросите! Вы наш спаситель! Мсье-дам, благодарите! Обнимайте, целуйте!
Фандорин заслонился ладонями от кинувшихся к нему со всех сторон барышень. Он не любил фамильярностей, в особенности когда они мешали разобраться в ситуации.
«« ||
»» [345 из
419]