Борис Акунин - Странный человек
Странник с удовольствием продолжил:
- Он, папа-то, меня спрашиват: «Как мне с Думой быть? Разгонять ли, нет ли? Так-то обрыдли!» Ну я кулаком по столу тресну. Мама чуть не в омморок, папа за сердце ухва-тилси. Я ему: «Что щас шевельнулось-то, голова али сердце?» Он: «Сердце», «То-то, - говорю. - Его и слушай». Призадумалси папа…
Вдруг он запнулся, закрыл глаза, рванул на груди шелковую рубаху и протянул-пропел изменившимся голосом:
- Марья-а! Марьюшка-а! Томно мне… Вещать буду…
А та уже готова. Выбежала из коридора, кинула Зеппу: «Матрас!»
Он понял - разложил на полу матрас, что лежал в углу. Марья Прокофьевна взяла по-душку с бечевками, привязала Страннику к затылку.
Григорий закатывал глаза, шевелил губами, пальцы бегали по телу, словно что-то с се-бя сбрасывали.
- Кладем! - велела экономка.
- Подушка зачем? - шепотом спросил Зепп.
- Чтоб голову не расшиб.
«« ||
»» [72 из
125]