Анджей Ясинский - Беглец
Сказано было пока мало, но Инжи чувствовал, как тяжело ему вести этот разговор в манере, которую избрал собеседник. Коменданта выручало только то, что в последние годы вместе с повышением в звании ему все чаще приходилось общаться с людьми, облеченными властью, и опыт подобного общения, пусть и небольшой, позволял надеяться на благоприятный исход.
Он отчетливо осознавал, что главным его оружием сейчас является не подобающая офицеру честная сталь, а язык и словесные кружева болтуна-интригана. Потому что, хоть и неприятно было это признавать, собеседник мог легко прихлопнуть Инжи в любой момент как муху, несмотря на кинжал на поясе и годы боевого опыта. Сейчас только правильное поведение могло выручить коменданта. Заговорить, убедить в возможности сотрудничества, потянуть время, попытаться спровоцировать конфликт со жрецом, чтобы тот призвал на помощь своего бога, – глядишь, и удастся выкрутиться.
Последняя фраза незнакомца наконец-то позволила коменданту полностью взять себя в руки. Подумать только, этот наглец смеет угрожать империи! Нашелся тут величайший из искусников! Видимо, эти два артефакта слишком много для него значат, если желание вернуть их туманит разум и делает неосторожным в высказываниях. Понимание целей этого загадочного человека принесло Инжи некоторое облегчение, хотя легкость, с которой тот высказывал угрозы империи, заставляла усомниться в его разумности. Не стоило ему говорить такое в присутствии жреца, к тому же искусника. Всем известно, что даже высказанная в сердцах угроза в адрес Кордоса придется не по душе любому искуснику, ведь на них держится империя. По сути, они и есть империя, и только наивные люди могут считать, что искусники находятся на службе государства, а не наоборот. Кстати, тот факт, что жрец оказался искусником, весьма озадачил Лупаго. Ведь самым распространенным или внедряемым в умы жителей империи мнением было то, что искусники – отдельно, а жрецы – отдельно. А оно вон, оказывается, как бывает… Что бы это значило?
Ник
– Вы понимаете, что за двадцать восемь лет, которые вы пробыли здесь, не только ваши амулеты могли затеряться, но и сама память о них? – произнес комендант.
Меня кольнуло беспокойство. Я ведь ту игру в имена затеял с Кариной чисто для того, чтобы отвлечь ее от плохих мыслей, и даже не воспринял ее находку как относящуюся ко мне. А выходит, именно я и пробыл в коме двадцать восемь лет?!
– Вижу, у вас есть кое-какая информация обо мне. – Я махнул рукой, в которой были зажаты листки со списком имен. – И не пытайтесь меня обмануть. Очевидно, вы уже перетрясли архивы.
Чтобы комендант проникся моими словами, я накинул на его шею силовую нить толстого диаметра, чтобы не порезать кожу, и слегка ее сжал. Он схватился за горло и покраснел, не в состоянии вдохнуть воздух. Думаете, мне приятно таким заниматься? Ничуть – я чувствовал себя в этот момент последним подлецом. Но времени у меня немного, а воевать со всем городом почему-то не хочется. Мои элементали спокойно могут разобрать городишко по камешку. Другое дело, что делать это я не собираюсь ни под каким предлогом. Однако коменданту знать об этом совершенно необязательно. Я ослабил петлю на его шее. Прокашлявшись, тот проговорил:
– Хорошо, хорошо… Признаю – был неправ, споря с вами. Но я действительно успел раскопать только то, что вас привезли в город практически голым. Если что-то и пропало, то по дороге. Думаю, вам стоит поискать тех, кто вас сюда доставил.
– Кто они?
«« ||
»» [98 из
255]