Сергей Антонов - Непогребенные
— Это не он, — тихо, но веско произнес Шаман. — Не он ударил тебя и убил Диггера.
— Как… Как не он? У меня глаза пока еще на месте.
— Эх, тут все просто и очень сложно одновременно, Алексей. Думаю, тебе надо знать. Он болен. В медицине это называют раздвоением личности. В нем сейчас два человека — Томский, которого ты привык видеть, и… другой. Порождение сыворотки Корбута. Сильный и беспощадный убийца. Он стремится к полному контролю, вытесняет настоящего Томского. Когда это произойдет, Томский перестанет быть собой…
Толя опустил глаза. Шаман сформулировал его проблему в двух словах. Вот только не раздвоение, а скорее расслоение. Подозрение, что в мире его разума есть кто-то еще, зародилось после слов Желтого о посторонних и укрепилось после того, как он услышал голос, призывающий к спокойствию. Значит, существует и третий. И он не на стороне Желтого.
Толик услышал, что Шаман и Аршинов продолжают вполголоса разговаривать на самую актуальную тему дня — «болезнь Томского». Так, словно самого больного и не было рядом. Хорошенькие дела! Он, конечно, наворотил кучу дел, но еще не отчислен из команды. Кто дал им право перешептываться в сторонке?
— Эй, вы! Может, хватит болтать? Аршинов, ты бы лучше посмотрел, нельзя ли эту решетку взорвать к едреной фене?!
— Смотрел. И ничего не высмотрел. Динамита-то у меня хватит, вот только при взрыве первым дело не решетка медным тазом накроется, а мы. Расплющит о стенку. Укрыться здесь негде, да и окопа не вырыть — под ногами не меньше полуметра высококачественного бетона. Знаю я эти хранилища-склады. На совесть их строили.
— И что же делать?!
— Не знаю, — Аршинов сел, сложил руки на коленях и уткнул в них лицо, как ребенок, который собирается заплакать. — Не знаю! Вы думайте!
Шаман тоже развел руками, показывая, что не может предложить ничего путного.
«« ||
»» [135 из
278]