Сергей Антонов - Непогребенные
На последнем пороге луч света фонаря выхватил из темноты что-то светлое. Толику показалось, что это — сидящий на коленях человек. Присмотревшись, он понял, что ошибался. Белой была накидка, укрывавшая одно из полукресел, расставленных вокруг огромного стола с украшенной зеленым бархатом столешницей.
Томский переступил последний порог и оказался в зале прямоугольной формы размером в добрую сотню квадратных метров.
На сводчатом потолке, украшенном лепниной в виде пятиконечных звезд, окаймленным лавровыми венками, крепились прекрасно сохранившиеся бронзовые люстры. Каждая — с пятью лампами, укрытыми матовыми плафонами. Светильники были и ниже — в тех местах, где полукруг потолка соединялся с вертикалью стены. Очень красивые, стилизованные под подсвечники, они тоже находились в отличном состоянии. Казалось, лишь ждали, когда кто-нибудь щелкнет выключателем, чтобы вспыхнуть ослепительным светом.
Столов в зале было несколько. Самый большой пересекал помещение вдоль — от второго поперечного, образовывавшего с первым букву «т», до широких ступеней лестницы весьма помпезного вида. Красно-зеленая ковровая дорожка, некогда ее покрывавшая, сейчас была свернута в рулон, прислоненный к стене. Лестница вела к кабине лифта, закрытой складной решеткой.
По обеим сторонам лестницы были две симметрично расположенные двустворчатые двери. Слой пыли на них не мог скрыть ни былого великолепия плавных линий резьбовых украшений, ни красивых бронзовых ручек.
Поперечный стол явно предназначался для высокого начальства. Спинки полукресел там были повыше, а на крышку крепились изящные бювары из полированной древесины. Над поперечным столом висела карта — большой прозрачный щит из пластика с контурами материков. Красные и белые кружки на нем отмечали расположение городов, а синие прожилки — рек.
Третий, совсем узкий стол, скромно лепился у стены — прямо под пультом с множеством дисплеев, разноцветных кнопок, тумблеров и проводов со штекерами. Крышка этого стола хоть и была полированной, но выглядела очень скромно в сравнении с двумя другими.
На стенах виднелись более светлые прямоугольники — следы некогда висевших здесь портретов. Все их за исключением одного сняли. С последнего, криво висевшего на одном гвозде, грустно смотрел великий полководец Александр Суворов.
По всему залу на полу и столах стояли деревянные ящики, выкрашенные в защитный цвет. Крышки их были открыты, словно в ящики собирались что-то сложить, но потом передумали. Именно передумали. По всему было видно — времени у тех, кто внес ящики, хватало. По всей видимости, все наиболее ценное отсюда вынесли, оставив лишь мебель. А ящики попросту оказались лишними.
— Это бункер командного пункта, — сказал Аршинов, остановившийся у деревянной рамы на трех ножках в виде львиных лап. — А вот и та штука, где стоял наш глобус. Ты видел что-нибудь подобное, Толян?
«« ||
»» [148 из
278]