Сергей Антонов - Рублевка
– И рад бы, да не могу, – Еронов наполнил стакан, подвинул его Юрию. – Давно бросил. Ноблесс оближ . И еще. Называй меня Драконом. Весельчак-цыган Коля Еронов давно умер. В том коридоре… Ты должен помнить.
Юрий проглотил стакан залпом. Сивуха оказалась на диво мягкой и крепкой. Такой штукенцией не стоит злоупотреблять. Голова будет варить и после третьего стакана, а ноги ходить не смогут.
– Такое не забывается, – заметив, что Дракон собирается вновь наполнить стакан, Корнилов предупредительно накрыл его ладонью. – Как тебе удалось…
– Выбраться? Знаешь, Юра, лучше бы я там сдох. Когда ты бросил раненого друга на растерзание коммунякам…
– Я был уверен, что ты мертв! К тому же сам…
– Не перебивай! – единственный глаз вспыхнул огнем ярости. – Ты находишься в месте, где все, что говорю я, выслушивают молча и с почтением! Так вот… Полуживого меня взяли в плен. Держали в Берилаге до конца войны и после нее. Три побега. Поимки и посадки в карцер. Не скажу, что там надо мной только издевались. Местный комендант Корбут лично штопал мне рожу. Если бы не он, то сейчас я выглядел бы куда как менее привлекательно. Мы много говорили с ним. О жизни и смерти. О лидерах и толпе. Умнейший человек. Слушать его рассуждения было приятно, но третий побег мне все-таки удался. За время пребывания в концлагере я многое переосмыслил. В Ганзу решил не возвращаться. Зачем? У вас мне не светило ничего, кроме должности санитара. А я уже понял, что достоин большего. Как стать вождем – вот, что меня интересовало. Я странствовал по Метро. От станции к станции. От туннеля к туннелю. Какое-то время провел у иеговистов в Сторожевой башне. Есть такое местечко неподалеку от Серпуховской. Разочаровался: старейшины много говорят, умеют убеждать, но их власть не беспредельна, потому, что основана не на реальном страхе, а лишь на обещаниях мук. А народец повидал достаточно, чтобы не верить пустым угрозам…
– Можно пару замечаний? – осторожно поинтересовался Юрий.
– Валяй, – с явной неохотой кивнул Дракон.
– Один из твоих учителей, Чеслав Корбут, тоже мечтавший о власти страха, откинул копыта. Берилага больше не существует. Его бывшие узники основали на месте концлагеря свободную станцию…
– Вот почему я и решил покинуть Метро! – с торжеством воскликнул Дракон. – Там слишком много умников, которых хлебом не корми, а дай только перестроить, перекроить, улучшить и усовершенствовать. Если хочешь строить свой мир, то делать это следует на пустом месте. Девственно чистом, свободном от предрассудков и заплесневевших, покрытой паутиной догм вроде коммунизма или капитализма.
«« ||
»» [126 из
310]