Никита Аверин - Крым
– Как ты к ним угодила-то, к культистам этим долбанным? – поинтересовался он, чтобы заполнить паузу.
– Не знаю… не помню… тусила с ребятами на Новой Хортице. Подошел такой, в сером капюшоне, говорит – хотите увидеть Серый Свет? А мы «плесенью» закидывались, и водкой запивали, нам уже все равно было. Ну и попробовали, сначала в ампулах – ломаешь и нюхаешь, а потом еще и в таблетках догнались. Больше ничего не помню. В себя пришла уже в пещере.
«Да, – подумал Пошта, – ходячая иллюстрация к тезисам о моральном разложении молодежи. Катаклизм, казачья Сечь, строгие нравы – а дети и подростки совершают те же ошибки…»
– И что в пещере? – спросил он.
– Холодно и голодно было, – ответила девушка. – Но – зато не били. И не насиловали, как я боялась. Кормили раз в день, одна каша, и молиться заставляли по шесть раз на дню. А хуже всего, что на воздух не выпускали, так и сидели в каменном мешке. Парень один был, Сережа, так он вообще с ума сошел, голову об стенку разбил…
Пошта хмыкнул. «Ты, – подумал он, – девочка, легко отделалась. Одним испугом. И из-за одной малолетней дурочки столько ребят погибло. Непростых парней – пластунов, спецуры… Эх!»
Они подъехали к ханскому Сараю, и Пошта помог Олесе спешиться.
– Это еще что за тварь? – спросил один из стражников, качнув стволом РПК в сторону Одина.
Тот недобро ощерил зубы.
– Это мой боевой конь, – пояснил Пошта. – Он тут постоит, хорошо? Вы его не трогайте, он вас не тронет. Все целее будут.
«« ||
»» [140 из
329]