Никита Аверин - Крым
Часовой нахмурился, вглядываясь в Пошту.
– Ты кто?
– Конь в пальто, – не очень оригинально, зато в рифму ответил листоноша и вырубил часового одной размашистой оплеухой. Предплечье врезалось в шею пониже уха, прямо в каротидный синус, часовой обмяк. Пошта одной рукой подхватил его падающее тело, а второй – трехлинейку, бережно опустил и то, и другое на землю, а потом неслышной и невидимой тенью проскользнул в здание.
Интуиция его не обманула – это оказалась тюрьма. Олеся, зареванная, бледная и слегка побитая (с фингалом под глазом) сидела в клетке, обхватив колени руками.
– Пошта! – вскинулась она при виде листоноши, ударилась головой о прутья клетки и зашипела от боли.
– Тихо ты! – одернул ее Пошта. – Ключ где?
Клетка была заперта на амбарный замок.
– Не знаю, – проблеяла Олеся.
Пошта мысленно выматерился, вернулся на крыльцо, подобрал трехлинейку. Плод инженерного гения Мосина, может быть, и уступал современным образцам огнестрельного оружия по баллистическим характеристикам, зато в деле сбивания висячих замков ему по-прежнему не было равных.
Два удара прикладом, и замок полетел на пол, а Олеся бросилась на шею Поште.
«« ||
»» [189 из
329]