Никита Аверин - Крым
– Уходим! – прошипел листоноша. – Тихо и быстро!
Из здания тюрьмы выбрались без приключений, а вот когда попытались миновать празднество вокруг костра, беглецов все-таки заметили.
– Эй, молодежь! – окрикнули их. – Айда танцевать!
Вместо ответа Пошта кинул две гранаты – «лимонку» и светошумовую.
Сначала бахнула «Ф-1» – негромкий хлопок, свист осколков, вопли, боли, а потом долбанула СШГ. На такой дистанции эффект от нее был сравним с ядерным взрывом: ярчайшая, выжигающая сетчатку вспышка, звуковая волна бьет по ушам… Пошта успел зажмуриться и открыть рот, чтобы уравновесить давление в ротовой полости, и даже закрыл ладонью глаза Олесе. Но девушку так долбануло звуковой волной, что она едва не потеряла сознание, обмякнув в руках Пошты.
Хорошо еще, что казаки тоже расползались от костра на четвереньках, кто – посеченный осколками, кто – оглушенный и ослепленный. По расчетам листоноши, это давало ему фору минут в десять – достаточно, чтобы добежать до Одина.
Пошта взвалил Олесю на плечо и ломанулся в сторону заправки.
– А в Сечи, говорят, бурячиху гонят. – Все еще бормотали жертвы мозгового слизня.
– Вот станет батька Гавриил гетманом – будет у нас и шмаль, и самогонка, и баб сколько хошь!..
Пошта промчался мимо них, не притормаживая, и нырнул в степные травы.
«« ||
»» [190 из
329]