Бэд Кристиан - Дурак космического масштаба-2.
Но почему?
К сожалению, Павича не интересовали оставшиеся на Земле. Он писал о тех, кто покинул Планету-Мать в первых рядах, об этаких эмигрантах - больных, но пытающихся спастись из последних сил.
Он много вспоминал о тогдашней Земле, близкой нам по технологиям, но грязной и умирающей.
Переселенцам первой волны пришлось возрождать культуру и науку заново. Они учились строить те машины, на которых прилетели. Им не хватало инженеров и строителей, при избытке ученых всех мастей. Это был исход учёных и фанатиков, им не доставало рабочих рук.
Я читал почти до утра. Книга была очень объемной, я не одолел и половины. И только перед рассветом понял, что так и не добрался до темы урока. Семь запретов цивилизации остались для меня тайной.
Я понадеялся воспользоваться правом новичка и отсидеться где-нибудь в углу, но преподавательница не согласилась.
Пришлось честно сказать, что всю ночь читал Павича, потому что у нас история Содружества трактуется иначе, и мне это показалось интереснее заданной темы. Ведь по имперской версии первые переселенцы поторопились и мутировали, столкнувшись с жесткими излучениями, иной силой тяжести и природными факторами риска на чужих планетах. А по Павичу выходило, что вырождались как раз поздние переселенцы с Земли.
Я понимал - автор книги не врёт, но он трактует события, как очевидец только с одной стороны. Однако именно это и было интересно мне, имперцу.
Преподавательница слушала меня и не собиралась прерывать. Мало того, я видел, что и остальных учеников эта тема задела за живое. Одно дело понятные для них (но не для меня) запреты из учебников, другое дело я, как живое доказательство привычных представлений, вывернутых наизнанку. Причём, студенты и не подозревали во мне до этого момента "страшного" имперца. Да и я не презирал никого из товарищей, не искал в них каких-то ненормальных качеств. И вдруг...
Было тихо, но многие переглядывались. Я решил спросить напрямую:
«« ||
»» [142 из
665]