Бэд Кристиан - Дурак космического масштаба-2.
Не возьму я с собой больше никого. Дьюп же летает без второго пилота. Хватит уже чужими жизнями рисковать.
История шестнадцатая. 'Тем временем...'
1. Солент-Эспилер Содружества 'Крематор', флагман регента дома Аметиста Бгоро лорда Тауэнгибера
- ...а вызова всё нет, - регент дома Аметиста лорд Тауэнгибер бросил в рот жвачку. Содержащийся в ней лёгкий наркотик хорошо снимал возбуждение.
Реййем барон Пфайфер принципиально не употребляющий наркотики, развлекательную литературу и женщин, (относя всё вышеперечисленное к субстанциям, одурманивающим сознание), раздражённо рявкнул и уставился в экран общей связи. Экран сиял голубизной, как мысли извращенца.
- Адабаэ та мара нэ тэ, - раздражённо пробормотал барон с жутким провинциальным акцентом, от которого ещё никто из его многочисленной родни не сумел избавиться. Фраза означала в примерном переводе на стандарт 'чтоб сдохли и провалились все те кто'. На экзотианском фраза имела вполне законченное значение, однако при её адаптации возникали определённые трудности. Дело в том, что 'все те' на стандарте - всего лишь, которые 'не эти'. А по-экзотиански 'все те' - обязательно не наши, а значит гады и предатели.
Реййем был четвертым из ныне здравствующих родовых баронов Пфайферов. Ещё живы были его прадед Карл Вильям Пфайфер, отец Вильям Гар и 'любимый' племянник - Хервиг. Только дед рано ушёл из жизни. Он оказался необычайно, не по пфайферовски, открыт и деятелен. Вот и доигрался в демократию. Восставшие шахтёры привязали пытавшегося воздействовать на них словесно деда к лазерному буру. Хоронить не пришлось ничего... Деда звали Олаф. Олаф барон Пфайфер.
- Это невыносимо, - сказал регент.
И тут же на пульте коммуникатора зажглось 'сообщение дежурного'.
- Ну, наконец-то, - выдохнул барон.
«« ||
»» [251 из
665]