Ирина Баранова Константин Бенев - Свидетель
Перед тем, как выбраться на чистое место, Векс осторожно, стараясь не перепачкаться, поверил внутренние карманы куртки. Как он и предполагал, в одном из них лежало удостоверение.
— Ну, будем знакомы, Захар Петрович по фамилии Мазаев. Ты уж прости, но я похозяйничаю тут у тебя чуток.
В сторожке было холодно. Хорошо бы закрыть вторую дверь, из «предбанника», да подтопить немножко. Сделать это, не передвинув покойника, было невозможно: смерть застигла его на пороге, так что, ноги Мазаева находились как раз в этом самом «предбаннике». По-хорошему, надо бы его вытащить из комнаты. Нет, покойников Векс давно уже не боялся, повидал на своем веку. И все-таки перспектива провести несколько часов в компании зверски убиенного его не радовала.
На вид они с убитым были ровесниками, но покойник оказался и выше, и крупнее, поэтому Векс не сразу смог сдвинуть его с места. А когда труп поддался, вдруг опомнился: что же он делает-то?? Вот дурак. Нет уж, пусть все останется так, как и было. Кажется, это называется «следы преступления»? Впрочем, неважно. Главное, трогать труп нельзя: все равно когда-никогда, а убиенного обнаружат, будет следствие, и лишние вопросы там не нужны. Векс еще раз взглянул на Мазая: да, здоров. Это же надо постараться — такого завалить…
Прежде, чем затопить печурку, Векс тщательно обтер подошвы хозяйским полотенцем. Ничего, потом выкинет. В снег закопает.
Наконец-то можно оглядеться. Хотя, что тут смотреть? Стол, пара табуреток, топчан да кровать за занавеской. Ведро с водой… Векс взял со стола жестяную кружку, разбил сверху лед, зачерпнул воду и с удовольствием отхлебнул пару глотков. Зубы заломило.
На столе — пара грязных тарелок и еще одна кружка. Что же получается, перед смертью дедушка Мазай был не один? Может, это его особо благодарный заяц прихлопнул? А что? Векса бы это ничуть не удивило…
Тут же — старый, видавший виды дисковый телефон. Раскопали же где-то такой раритет! И — как же без этого — выцветшая от времени фотография в самодельной рамке: женское лицо, молодое, счастливое, смеющееся. Сколько Векс за эти годы видел таких… Все, что осталось от любимых, детей, родителей. Сердце сжалось: а вот ему и такого счастья не выпало, не было тогда у него с собой фотографии молодой жены, не оказалось…
Рядом с входной дверью — еще одна, не такая массивная. Векс толкнул ее…
— Да ты тут, брат, не голодал!
«« ||
»» [108 из
371]