Андрей Белянин - Оборотный город
– Я тебя убью, – со слезами в голосе зачем то пообещала Катя, хотя я честно зажмурился и на ощупь пытался удрать. Это удалось мне не сразу, ушибся лбом, отбил о косяк мизинец левой ноги, но глаз не открыл: себе дороже. Поверьте…
Я скатился вниз по лестнице, на ходу взводя курок второго пистолета, но, увы, ожидаемого мёртвого тела нигде на мостовой не обнаружилось. Только кровавые пятна, брошенное полотенце и три четыре отпечатка лап, уже размазанные и удаляющиеся в направлении площади. Хреново и обидно, не знаю, чего больше…
– Уф, загонял ты нас, хорунжий. – Из за угла едва ли не выползли умотанные в хлам Моня и Шлёма. Видок у ребят был как у скаковых лошадей, пришедших на финиш первыми, но так и не понявшими – зачем бежали? Им то чего с этого?! А ничего, кроме физы в пене и задницы в мыле…
– Парни, куда аптекарь ушёл?
– Удрал на всех четырёх в образе человечьем! – отдышавшись, доложили упыри, – Видать, наверх ломанулся, в Оборотном городе ему теперя жизни нет!
– Его надо догнать! Где моя метла, не видели? – в порыве охотничьего азарта вскричал я.
– Ретивый у нас казачок, – подумав, заявил Шлёма, – Один раз у ведьмы метёлку одолжил, не познакомившись даже, и уже его она! Метёлка в смысле. Хотя, может, ведьмочка тоже, да тока Хозяйка заревнует…
– Кто? – не поверил я и тут же словил по башке выброшенным из окна помелом.
– Благодарствую, – только и успел порадоваться я, как из того же окна посыпались на мою бедную голову: два тяжеленных фолианта, заварочный чайник, табурет, подушка, флакон с духами, три помидора подряд, одна тарелка и красная туфелька с острым каблуком! Только успевай отскакивать…
– Я убью тебя, Иловайски и ий! – За подоконником мелькали мокрые Катины волосы и обнажённое круглое плечико.
«« ||
»» [109 из
282]