Андрей Белянин - Оборотный город
Я шагнул внутрь, медная дверь тут же захлопнулась следом. Злобные псы, кошмарное порождение безумных фантазий ада, приветствовали меня радостным лаем и счастливым щенячьим визгом, как старого доброго знакомого. Я тоже не отказал себе в удовольствии просунуть руку сквозь прутья и потрепать их по колючим, как у ежей, холкам. Приятно, когда тебя любят домашние питомцы той, кого любишь ты…
– А а, заходи, Иловайский! – Катенька приветливо помахала мне рукой, не вставая из за своего диковинного стола с волшебной книгой ноутбуком.
Она была одета в длинную облегающую юбку и шерстяную кофту с таким вырезом, что я чуть не утонул там, как в проруби. По крайней мере, дыхание перехватило также, как при самом глубоком погружении…
– Ау у! Гули, гули, арам зам зам! Я здесь, смотреть в глаза, дышать носом, ничем непроизвольно не шевелить, – строго напомнила моя красавица, чуточку подтягивая кофту, которая, впрочем, тут же сползла обратно. – Ты чего припёрся то, просто в гости или, так сказать, исключительно по делу?
– Здравствуй, зазнобушка. – Я отвесил поясной поклон.
Катя с лёгкой улыбкой ткнула себя пальчиком в щёчку. Я тоже улыбнулся. Катя задумчиво сдвинула бровушки и поджала губки и опять потыкала себя в щёку.
– Зуб болит? – неуверенно уточнил я.
Она выдохнула сквозь сжатые зубы и уже с повышенной нежностью переспросила:
– У тебя проблемы или ты чисто приколоться?
Я не стал многозначительно наводить тень на плетень, быстро и со всеми подробностями рассказав ей о таинственной французской карте и наполеоновском кладе. Вынужден признать, что слушала она меня крайне невнимательно, пару раз прерывая нездоровым скептическим фырканьем, зевками и даже глупым хихиканьем. Ей, как трезвомыслящей девушке, занимающейся серьёзной научной работой, вся эта байда с поиском исчезнувших сокровищ казалась абсолютно бесперспективной. А вот когда я случайно проговорился о застрявшем в трубе Прохоре, то огрёб уже по полной программе…
«« ||
»» [141 из
282]