Андрей Белянин - Оборотный город
– А а вот и разобидели бабушку, маркитантку горбатую, кровопийцу заслуженную! А а и чтоб он провалился, жмот в лампасах вместях с эполетами всмятку! А а и где ж правда на свете, нет её, а кушать хочется а!
Катенька упрекающе сдвинула брови в мою сторону, в смысле – твоя работа? Я отрицательно покачал головой, для пущей гарантии осенив себя крестным знамением – не брал, не давал, пальцем не трогал.
– Сейчас отвечу, – Моя красавица пододвинула к себе нечто вроде мягкой груши на ножке, прокашлялась и громогласно заявила: – Во первых, цыц, курица старая, не то – испепелю! Во вторых, кто же тебя, бедную, обидел? Хоть пальцем на него укажи – не скроется злодей от гнева Хозяйского!
– Охти ж, матушка заступница, – мигом прекратила дешёвый слезоразлив и соплеразмаз неутомимая бабка. – Да кто ж, как не Илья Иловайский!
Мы с Катериной, вздохнув, уставились друг на друга. Можно подумать, оба ожидали услышать какое то другое имя…
– Так ведь мало того что и сам от ягодиц бесполезных ни кусочка откусить не позволил, ещё ж и денщика своего откормленного в трубе запаял – ни себе ни людям! А упыри того денщика сверху верёвками извлекли! Ну дык тот их самих в жилу и вытянул!
– В каком смысле? – не сговариваясь, одновременно спросили мы.
– Да в заложники взял! – пояснила бабка Фрося и настороженно уточнила: – А ты сама в порядке ли, матушка? Чёй то голос у тебя двоится…
– Закусывай, Фросенька, так и двоиться перестанет, – чуть нервно огрызнулась Катя и, отключив «грушу», повернулась ко мне: – Ну и чей это косяк? Скажешь, опять мой?!
– Нет, сам виноват, – согласился я. Встал, нахлобучил папаху и коротко поклонился: – Прощай, гордость моя непреклонная, вершина непокорённая, крепость неприступная, ду…
«« ||
»» [144 из
282]