Кирилл Бенедиктов - Блокада 2. Книга 2. Тень Зигфрида
Бездна распахнулась перед ним.
Первые несколько секунд Лев ничего не соображал. Воздух свистел в ушах, где-то внизу крутились какие-то пятна. «Я лечу со скоростью двести километров в час», - вспомнил он уроки Жерома. «Да и то, если планирую на животе, как лягушка... А я, как дурак, падаю ногами вниз, значит, и скорость выше...»
Потом его резко рвануло вверх. Лев задрал голову - над ним. Разворачивался круглый белый купол. Значит, все прошло Статно, и автомат не понадобился. Он увидел уходящий в направлении солнца самолет, и тут сердце его замерло: от самолета отделилась маленькая темная фигурка и стремительно полетела вниз, к земле.
«Катя», - понял Гумилев. Значит, после того, как он выпрыгнул из самолета, прошли считанные мгновения - а казалось он успел подумать обо всем на свете... Когда же раскроется ее парашют?
Словно отвечая на его вопрос, над приближавшейся фигур, кой раскрылся купол - словно распустился белый цветок. Катя как показалось Льву, повисла в воздухе в сотне метров у него над головой. На самом деле оба они, конечно, падали, просто их скорость замедлилась в несколько раз.
Лев помахал Кате рукой, но она, кажется, этого не увидела. Тогда Гумилев опустил голову и стал высматривать товарищей - один парашют был уже у самой земли, два других медленно планировали в сторону небольшой рощи. Где-то далеко, у самого края горизонта, виднелись очертания больших зданий, вздымались к небу дымные трубы - это была Москва.
Роща с высоты казалась зеленой пеной, взбитой кисточкой безумного парикмахера, решившего побрить землю. Справа и слева ее обнимала жирно блестевшая на солнце пашня. «Надо приземляться на поле, там почва мягче», - подумал Лев. Он уже отчетливо различал скачущих по глубоким бороздам черных грачей. Земля приближалась гораздо быстрее, чем он предполагал, и Гумилев снова запаниковал. Потом догадался, что его гонит вниз сильный ветер, и попробовал развернуться к нему боком. Это неожиданно получилось - падение замедлилось, черная чаша земли лениво кружилась у него под ногами. И все равно все случилось слишком быстро - уже приземляясь, Лев понял, что не успел как следует насладиться полетом.
Как и учил их Жером, Гумилев слегка согнул ноги в коленях и постарался удержать равновесие, чтобы не упасть. Ботинки с высоким голенищем вонзились в мягкую землю, и он почувствовал, как все его тело пронзила дрожь - ощущение было сродни тому, которое испытываешь, прыгая с крыши какого-нибудь сарая на утоптанную почву.
Дальше Лев все делал на автомате - схватил нижние стропы и потянул их на себя, действуя так уверенно, будто проделывал это уже не один раз. Парашют, не успевший раздуться парусом, послушно расстелился по земле.
«Сейчас соберу его, - подумал Лев, - и предъявлю Жерому. Вот тогда и посмотрим, кто тут у нас слабое звено...»
«« ||
»» [118 из
267]