Кирилл Бенедиктов - Блокада 2. Книга 2. Тень Зигфрида
- И что, их можно добавлять в еду?
- Мой бербер научил меня готовить по меньшей мере три блюда, которые являются сильнейшими афродизиаками, - Усмехнулся Жером. - Как-нибудь потом я могу поделиться рецептом. Нет-нет, не волнуйтесь, жареные сосиски к этим блюдам не относятся.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Елена
Ленинград, июль 1942 года
С утра было солнечно, теплые лучи косо падали из окошка, еще зимой заклеенного до середины - золотили пол, рисовали на нем медовые соты. Ах, если бы это был настоящий мед! Лена закрыла глаза и представила себе баночку своего любимого липового меда. Почти прозрачного, чуть зеленоватого, очень- очень сладкого. Одну, только одну баночку! Она растянула бы ее на несколько месяцев. Мед дает много сил, она могла бы встать и дойти до пустыря, на котором растут лебеда и щавель. И тогда можно было бы жить дальше...
Все это были пустые мечтания - встать с постели она еще могла, а спуститься по лестнице, и тем более подняться обратно - уже нет.
Вчера приходила тетя Зина, приносила немного хлеба. Совсем немного - у нее ведь своя семья, дети, которых надо кормить. Но все же она подкармливала Лену. Правда, за это Лена отдала ей свои карточки. Все равно она не смогла бы ходить в магазин сама. «Я тебе буду половину отдавать, - сказала тетя Зина. - Ты лежишь, тебе хлеба надо меньше. А так пропадут карточки, и все». Это была правда: продавщицы хлеб за прошедшие дни не выдавали, и никого не волновало, болел ты в это время или нет. Тетя Зина отдавала, кажется, меньше, чем половину, но Лена на нее не сердилась. Если бы не тетя Зина, она умерла бы недели две назад. Как умерли все ее родные - дедушка, бабушка, мама.
Все из-за той девчонки. Если бы не она, вся ее семья осталась бы жива. Ну, и конечно, если бы дед не был таким упрямцем.
Лена любила деда. Николай Александрович был добрым, красивым стариком с длинной седой бородой и большой лысиной которую обрамляли длинные серебряные пряди. Он носил смешные круглые очки в железной оправе, которые делали его похожим на дореволюционного профессора. Но он был очень упрям, и переспорить его не удавалось никому - ни бабушке, ни маме, ни дяде Борису.
«« ||
»» [123 из
267]