Кирилл Бенедиктов - Блокада 2. Книга 2. Тень Зигфрида
- Ну так беги, - подмигнул ему лейтенант. - Хотя она, конечно, все равно опоздает.
Гумилев заставил себя улыбнуться и опустил руку, тянувшуюся к карману пиджака. Как же он сразу не сообразил? Патруль был военный, а он одет в гражданскую одежду. Но почему лейтенант назвал его «студентом»? Ему все-таки почти тридцать!
- Спасибо, товарищ лейтенант!
Он заскочил в первую же попавшуюся на пути парикмахерскую и долго разглядывал себя в зеркало. Вместо угрюмого худющего зэка, который месяц назад вышел за ворота Норильсклага, на него смотрел довольно упитанный розовощекий молодой человек вряд ли старше двадцати трех-двадцати четырех лет.
- Желаете побриться? - спросил пожилой парикмахер. - Или стрижечку?
- Нет, - пробормотал Лев, пятясь к выходу. - Нет, я лучше потом зайду...
«Мне никто не поверит, - подумал он. - Если я наткнусь не на военный, а на милицейский патруль, меня примут за шпиона. Таких ЗК не бывает».
Нужно было скорее делать то, ради чего он сорвался в само- волку. в кармане его пиджака похрустывали двести рублей - Таким богатым Лев не чувствовал себя уже много лет.
Центральный рынок поразил его воображение - Лев с трудом представлял себе, что в военное время на прилавках может быть такое изобилие. Везде высились горы овощей и фруктов, упоительно щекотал ноздри аромат свежей зелени, расплавленные золотом светились банки с подсолнечным маслом, белели крупные деревенские яйца. В мясных рядах густо пахло парной говядиной и свининой, вытянув копытца, грустно лежали молочные поросята, кое-где попадались довольно упитанные куры и гуси
Лев ходил вдоль рядов, делая вид, что приценивается к товару. Цены были совершенно фантастическими - за килограмм свинины просили четыреста рублей, за килограмм сливочного масла - восемьсот, за десяток яиц - сто пятьдесят. Гумилев начал сомневаться, что суммы, которую он еще час назад считал вполне приличной, хватит ему для осуществления задуманного.
«« ||
»» [154 из
267]