Кирилл Бенедиктов - Эльдорадо. Золото и кокаин
– Потро, – бросил он палачу.
До меня не сразу дошло, что слово потро – «ложе» – имеет отношение к тем самым деревянным козлам, которые я сначала вообще посчитал оставленными здесь по случайности. И лишь когда палач подтолкнул меня к ним поближе, я понял, что это тоже орудие пытки.
Козлы стояли наклонно, под углом примерно в двадцать градусов. В более высокой их части были явно наспех проделаны два неровных отверстия.
– Положите его, – велел палач тюремщикам.
Меня схватили за ноги и за руки и положили на козлы таким образом, чтобы голова оказалась внизу, а ноги – вверху. Затем я почувствовал, что ноги мои грубо пропихивают в прорезанные в козлах отверстия, так что они повисли в воздухе. Бедра при этом накрепко примотали к козлам широкими кожаными ремнями, наподобие тех, что используют погонщики скота для своих упряжек.
– Теперь держите за плечи, – распорядился палач.
Железные руки прижали меня к доскам. Палач, наклонившись, деловито закрепил у меня на лбу еще один кожаный ремень, лишивший меня возможности вертеть головой. Тонкий, больно врезающийся в тело шнур перехватил горло.
– Обвиняемый готов, святые отцы, – доложил он следователям.
Кто то откашлялся.
– Сын мой, – торжественно произнес Эль Тенебреро (я легко узнал его по гнусавому голосу), – знай, что мы не хотим видеть ужасные страдания, которые тебя ожидают, и приступаем к этому допросу с пристрастием лишь из желания спасти твою душу. Однако ты все еще можешь избежать их, если покаешься и без утайки признаешься в совершенных тобою преступлениях.
«« ||
»» [121 из
258]