Кирилл Бенедиктов - Эльдорадо. Золото и кокаин
– Сейчас мы поедем в Кадис, – заявил мой брат. – Поедем вчетвером, Антонио останется в Саламанке, чтобы наблюдать за развитием событий на месте. Нам важно знать, поверят ли инквизиторы в легенду дона Матео, будут ли тебя разыскивать, сообщат ли алькальдам других городов и поднимут ли на ноги Святую Эрмандаду. Надеюсь, у нас будет достаточно времени, чтобы добраться до Кадиса, не опасаясь быть схваченными.
– Почему в Кадис? Там тоже есть агенты трибунала и фамильяры!
– Кроме того, там есть Луис, – напомнил мне Педро.
– Да, Луис… я, конечно, должен извиниться перед ним…
– Не мели чушь, – перебил меня брат. – Дело не в извинениях. Просто Луис – единственный, кто может по настоящему помочь тебе.
– Чем отсиживаться на складе с пенькой, я предпочел бы вернуться в наш замок!
Педро усмехнулся и надвинул на лицо капюшон.
– А я и не предлагаю тебе сидеть на складе, Яго. Ты, похоже, не понимаешь, в какой заднице оказался. Если трибунал узнает, что ты жив и оставил его с носом, тебе не удастся спрятаться даже в самой укромной мышиной норе. Единственный выход для тебя, братец, – покинуть Испанию.
Я не стану воспроизводить здесь весь последовавший за этим спор. Скажу лишь, что длился он несколько часов, в течение которых мы резвой рысью двигались на юго запад, в направлении далекого побережья. Уже давно рассвело, и мы ехали через живописные, поросшие дикими маками и дроком пустоши. Один из крепких молодцев, по имени Мигель, скакал впереди, зорко оглядывая окрестности в поисках патрулей Эрмандады. Второй здоровяк, которого звали Серхио, замыкал нашу маленькую кавалькаду и следил за тем, что происходит у нас за спиной. Мы с Педро держались посередине между ними и, пользуясь тем, что можем не слишком внимательно смотреть по сторонам, ожесточенно спорили. Брат доказывал, что, оставаясь в Испании, я подвергаю опасности не только свою жизнь, но и жизнь своих родных. В этом он был, несомненно, прав, потому что если бы инквизиторам удалось узнать, каким образом я покинул тюрьму Саламанки, трибунал принялся бы жестоко мстить всем, кто был к этому причастен, – и мои братья, а также мой отец свели бы тесное знакомство с дыбой, потро и трампой.
– Сейчас ты мертвец, – повторял Педро, – а мертвые не интересуют святую инквизицию. Таким и оставайся. За пределами королевства тебя никто искать не будет, особенно если ты возьмешь себе другое имя…
«« ||
»» [155 из
258]