Бертрис Смолл - Чертовка
– Ты скучала без меня, красавица моя? – прошептал он. Пальцы его проникли глубже, ритмично двигаясь.
– Я… едва заметила… твое отсутствие, милорд. Было… столько… важных дел, – задыхаясь, проговорила Белли, и по ее телу пробежал первый трепет облегчения.
Хью слегка приподнял ее, повернув лицом к себе, и усадил на свое вздыбленное орудие, испустив низкий стон.
– Ты врешь, – процедил он сквозь стиснутые зубы, крепко сжав ладонями ее упругие ягодицы.
Белли обвила рукой его шею и принялась ритмично подниматься и опускаться, пока его губы медленно продвигались вниз, от ее горла к набухшим грудям и твердым от возбуждения соскам.
– Ты просто дьявол, Хью Фоконье! – простонала она, зажмурившись, и тут же услышала собственный крик восторга, когда Хью излил в ее лоно свою страсть. Белли приникла к его плечу и замерла. Несколько минут они лежали не шевелясь, довольные и счастливые. Внезапно Белли открыла глаза. – О Матерь Божья! – воскликнула она. – Они не сядут за стол, пока мы не придем. Сколько времени прошло? – Она выбралась из ванны.
Вода струйками стекала по ее телу, разжигая новое желание – Вымойся-ка поскорее, милорд, – сказала она, сунув ему в руки мочалку. – А я оденусь и принесу тебе свежее белье. Ох, поспеши!
Раскатистый смех Хью услышали собравшиеся в зале, и когда несколько минут спустя на пороге появились хозяин и хозяйка поместья, никто не посмел обратить внимание на то, что Изабелла переоделась в другое платье. Слуги один за другим выносили из кухни блюда, от которых поднимался ароматный пар. Сегодня на обед были жареный окунь, выловленный этим же утром, печеная утка, пирог с олениной, жареный кролик, густой овощной суп, горох, хлеб, масло и сыр. Собравшимся за господским столом предложили на выбор вино и эль. Пища для слуг была менее изысканной. Им подали соленую рыбу, жареного кролика, суп, хлеб и сыр. Еды было много: Изабелла не хотела скупиться, пиво текло рекой.
Хью ел с большим аппетитом, как и Белли, но обоим не терпелось удалиться в спальню, чтобы утолить страсть, только разгоревшуюся от купания в ванне. Они посматривали друг на друга исподтишка и, встретившись взглядами, смущенно отводили глаза. Их руки неожиданно соприкоснулись, они нервно рассмеялись. Пришлось терпеливо ждать, пока слуги унесут посуду после еды. В зал вошли двое молодых крепостных, один – с барабаном, другой – с тростниковой флейтой. Они сели у камина и негромко заиграли. Когда Рольф лукаво предложил Хью сыграть партию в шахматы, хозяин Лэнгстона поднялся из-за стола, потянулся и демонстративно зевнул.
– Последние три дня я не вылезал из седла, – сказал он. – Думаю, мне сейчас лучше прилечь. Изабелла, ты пойдешь со мной или останешься в зале с матерью и отчимом?
«« ||
»» [135 из
427]