Бертрис Смолл - Чертовка
– Трудно объяснить, дорогая. Думаю, это инстинкт. И потом, когда ты сегодня убила оленя, Виви, этот молодой сокольничий отвернулся. Ни один юноша, даже самый мягкосердечный, не поступил бы подобным образом. Он побоялся бы, что его поднимут на смех. – Затем Гай рассказал о том, как зашел на сеновал, где ночевали сокольничие, и что он там обнаружил.
– Ты уверен, что остальные сокольничие не лгут? – спросила Вивиана. – Быть может, это какой-то заговор против нас!
Гай, улыбнувшись про себя, подумал, что Виви становится слишком подозрительной. Она всегда становилась подозрительной, когда брат проявлял интерес к женщинам, хотя ей и в голову не приходило, что Гай может чувствовать что-либо в этом роде по отношению к ее любовникам.
– Сокольничие сказали правду, – спокойно заверил он сестру. – Эта девица определенно благородного происхождения. Хотя она достаточно рослая и крупная, но изящно сложена. У нее правильная речь. Она воспитывалась в доме своего отца. Нет, это не заговор!
Всего лишь жалкая попытка бедняка защитить свою сестру. Впрочем, теперь я буду сам защищать ее.
– А ты поделишься ею? – Хью Фоконье перевел на Гая Бретонского тяжелый взгляд. – Ведь мы прежде делились девушками, брат мой!
– Нет, пока что я не стану делиться ею с тобой, Хью.
У тебя есть Виви, а я пока что хочу эту девушку только для себя, Я еще даже не начал исследовать все ее глубины, и пока я не узнаю ее всю и не устану от нее, я не поделюсь ею ни с кем, даже с тобой, брат.
– Где же она? – спросил Хью. – Почему ты не привел ее с собой к столу, Гай?
Гай Бретонский отрезал своим ножом кусок оленины и отправил себе в рот. Он старательно пережевал мясо, проглотил его и отхлебнул из своего кубка добрый глоток вина.
«« ||
»» [272 из
427]