Дэн Браун Ангелы и демоны
— Следовательно, Путь начинается от его гробницы?
— В этом скрыт большой смысл, — ответил ученый. — Иллюминаты считали великих художников и скульпторов своими почетными собратьями в деле просвещения, и гробницу Рафаэля они могли избрать в знак признательности.
Кроме того, Лэнгдону было известно, что Рафаэля, как и многих других великих художников, пишущих на религиозные темы, подозревали в тайном безбожии.
Виттория осторожно положила листок в карман пиджака своего спутника и спросила:
— И где же он похоронен?
— Хотите верьте, хотите нет, — с глубоким вздохом ответил ученый, — но Рафаэль покоится в Пантеоне.
— В том самом Пантеоне? — с сомнением спросила Виттория.
— Да. Тот самый Рафаэль в том самом Пантеоне. Лэнгдон был вынужден признать, что он совсем не ожидал того, что начальной вехой на Пути просвещения может оказаться Пантеон. Он предполагал, что первый алтарь науки будет находиться в какой-нибудь скромной, неприметной церкви. Что же касается Пантеона, то это грандиозное сооружение с отверстием в куполе даже в первой половине XVII века было одним из самых людных мест в Риме.
— Но разве Пантеон — церковь? — спросила Виттория.
— Это древнейший католический храм Рима.
«« ||
»» [255 из
625]