Дэн Браун - Инферно
Лэнгдон знал, что Студиоло устроен по принципу кунсткамеры, или «кабинета редкостей». Почти все картины в нем закреплены на петлях и поворачиваются, открывая тайники, в которых герцог когда то держал всякие приглянувшиеся ему вещицы – красивые перья, образцы редких минералов, окаменелую раковину наутилуса и даже, если верить слухам, берцовую кость монаха, отделанную толченым серебром.
Правда, Лэнгдон подозревал, что все тайники давным давно очищены от своего интересного содержимого, а ни о каком другом черепе, кроме херстовского, он в связи с этой комнатой никогда не слыхал.
Его размышления были прерваны неожиданным звуком: в дальнем конце зала громко хлопнула дверь. Потом за его спиной послышались быстрые приближающиеся шаги.
– Signore! – раздался сердитый голос. – Il salone non è aperto!
Обернувшись, Лэнгдон увидел, что к нему направляется одна из смотрительниц – миниатюрная женщина с коротко подстриженными русыми волосами. Кроме того, она была беременна – чуть ли не на девятом месяце. Она энергично шагала к ним, постукивая пальцем по наручным часикам. Подойдя ближе, она встретилась с Лэнгдоном глазами и вдруг встала как вкопанная, прижав ко рту ладонь.
– Профессор Лэнгдон! – воскликнула она со смущенным видом. – Ради Бога, простите! Мне не сказали, что вы здесь. Как хорошо, что вы снова к нам заглянули!
Лэнгдон похолодел от страха.
Он был совершенно уверен, что никогда прежде не видел эту женщину.
Глава 37
– А вас прямо не узнать, профессор! – выпалила смотрительница. Она говорила по английски, но с акцентом. – Это все ваша одежда. – Она тепло улыбнулась и наградила лэнгдоновский пиджак от Бриони одобрительным кивком. – Очень стильно. Вы теперь как настоящий итальянец.
«« ||
»» [198 из
617]