Дэн Браун - Инферно
– Да. Поэтому нам и нужно прочесть Двадцать пятую песнь «Рая». – Он бодро улыбнулся ей. – Вы, часом, не помните всю «Божественную комедию» наизусть?
Она посмотрела на него как на сумасшедшего.
– Четырнадцать тысяч строк на староитальянском, которые я прочла в детстве? – Она покачала головой. – Это у вас аномальная память, профессор. А я обычный врач.
Двинувшись дальше, Лэнгдон с огорчением подумал, что даже после всех их совместных приключений Сиена почему то предпочитает утаивать правду о своем выдающемся интеллекте. Обычный врач? Лэнгдон усмехнулся про себя. Какая поразительная скромность! Он прекрасно помнил газетные вырезки, в которых рассказывалось о ее уникальных способностях – к сожалению, хотя и по вполне понятным причинам, среди них не было умения запоминать целиком объемистые классические поэмы.
В молчании они преодолели еще несколько переходов. Наконец во тьме замаячили обнадеживающие очертания какой то массивной конструкции. Смотровая площадка! Шаткий мостик, по которому они шли, вел к гораздо более основательному сооружению с перилами. Им оставалось только добраться до него, пройти по удобной дорожке для посетителей и покинуть чердак через дверь – а там, как хорошо помнил Лэнгдон, будет уже рукой подать до Лестницы герцога Афинского.
Приближаясь к площадке, Лэнгдон взглянул на потолок, подвешенный в двух с половиной метрах под ними. До сих пор его кессоны были одинаковыми, но впереди показался кессон, который намного превосходил по размерам все остальные.
«Апофеоз Козимо I».
В огромной круглой ячейке посреди потолка Зала Пятисот Вазари разместил свою самую парадную картину. Лэнгдон часто показывал ученикам слайды с «Апофеозом Козимо I», подчеркивая его сходство с «Апофеозом Вашингтона» в нью йоркском Капитолии – скромное напоминание о том, что юная Америка позаимствовала у Италии отнюдь не только идею республики.
Впрочем, сегодня Лэнгдону хотелось не изучать «Апофеоз», а миновать его поскорее. Прибавив шагу, он чуть повернул голову, намереваясь шепнуть Сиене, что они почти пришли. При этом он немного сбился с прямого курса и наступил правой ногой на самый край доски – нога в чужой туфле скользнула, лодыжка подвернулась, и Лэнгдон, спотыкаясь и едва не падая, засеменил вперед, пытаясь восстановить равновесие.
Но было уже поздно.
«« ||
»» [256 из
617]