Анатолий Брусникин – Девятный Спас
- «Ваши, ваши»! Что ж ты вернулся, коли там сахар? - сердито спросил он, сбрасывая с себя плащ. В жару был Никитин, пот со лба так и лил.
Не сразу ответил Лёшка. Почесал затылок под париком, подумал.
- Кабы я природный европеец был, ни в жизнь сюда не подался. Но я тебе, Митьша, так скажу. Где человек вырос, там ему и складно. И потом, у вас… у нас тут большие дела завариваются. Разговоров после Великого посольства на всю Европу. Подумалось мне, что сгожусь я здесь. А уж шпажным делом стану заниматься или ещё чем, это видно будет.
- Будешь Преображенским пособлять? - в голосе Дмитрия прозвучало осуждение. - Россию на иноземный лад переделывать? Далеко пойдешь. Вы, такие, ныне в цене.
- А чем плохо у сведущих людей хорошему поучиться?
- Хорошему ли? Много ль проку свой язык ненужными словами мусорить, не по русской зиме-лету одеваться, бабьи волосы на голове носить да табак-траву курить? Корабли морские в Воронеже третий год строим, сотни тыщ рублей потратили, бессчётно народу погубили, а зачем это? Куда на тех кораблях уплывешь?
- Как куда? В море.
- В Азовское? Оно турками перекрыто. А и если в Черное море прорвёмся, невелик прок. Проливы-то боспорские султаном перегорожены. Лучше б на эти огромные деньги мы, как при боярах Ордыне-Нащокине да Артамоне Матвееве, заводы строили, силу копили. А толковых дворян за границу и Софья с Васильем Голицыным посылать хотели. Не за париками дурацкими, не за брадобритием, а для обучения настоящему делу!
Не стал Алёша с другом спорить. Видел, что тот разволновался, а самого в лихорадке колотит. Вся сила этак выйдет. Накрыл, примирительно сказал:
- Ладно, поглядим, разберёмся. Я же сюда приехал не только карьер делать… ну, честь добывать. Тятю повидать охота… Жив старый-то?
«« ||
»» [109 из
531]