Анатолий Брусникин – Девятный Спас
- Лежи, я сам! - прикрикнул Алёша на приподнявшегося Митьшу. - А ну, господа разбойнички, налетай, хоть под одному, хоть все разом!
Он спрыгнул наземь, взяв позитуру «Уноконтротре», сиречь «Один супротив троих» в вариации «Фачиле» - это когда противники наступают в ряд, с одной линии, и притом неискусны в сражении. Размяться после долгого сидения было небесприятно.
- Эх, Ерёма, сидел бы ты дома. Ох, Петруха, быть те без уха, - балагурил маэстро, наскакивая на мужиков, никак не ожидавших от «немца» такой прыти.
Один завыл, уронив топор, клинок плашмя ударил по запястью. Другой, попусту махнув дубиной, получил укол в ухо и зажал лапой кровоточащую рану. Третий попятился на обочину.
- Бросай топор, насквозь проткну! - пригрозил Алёша.
Тать сунул своё глупое оружие за пояс, сказал жалобно:
- Наскрозь? Живую душу хрестьянскую? Убивец!
И всех троих будто метлой смело. Растаяли в лесу, как их и не было.
- Россия-матушка! - счастливым голосом протянул разогревшийся кавалер ди-Гарда. - Разбойник, и тот о душе печалуется! Хорошо-то как, Митьша, а?
Но Мите не было хорошо. На смену жару пришёл озноб. Беднягу трясло и било, зуб на зуб не попадал.
«« ||
»» [111 из
531]