Анатолий Брусникин – Девятный Спас
Впереди еле заметно серело что-то узкое, щелеобразное. Митя задвигал коленями быстрее.
Так и есть! Дощатая дверца, и в ней щель. Он прижался лицом, губами к занозистой поверхности и чуть её не расцеловал. Неужто выбрался? Толкнул головой. Дверь не подалась. Попробовал грудью - лишь скрипнула.
За долгие годы ненадобности дверь перекосилась, вросла в землю. Попробуй, открой такую, хоть бы даже и здоровыми руками.
Сколько Никитин ни бился - всё попусту. Щель стала синей, потом чёрной. Снаружи наступила ночь, а обессиленный беглец никак не мог уразуметь, что спасение - вот оно, в двух вершках расстояния, а только одолеть преграду невозможно.
Грудью упираться неудобно. Плечами, что одним, что другим - невыносимо. Попробовал вышибить ногой - размаху недостаточно.
Однако и пропадать тут, в норе, чашнику показалось унизительно.
Сжав зубы, он приложился к доскам изодранной спиной, что было силы оттолкнулся от земли ногами и с воплем вышиб дверь - показалось, что вместе с собственной кожей и костями.
Корчило его ещё долго. Спина вся сверху донизу горела, по ней обильно сочилась кровь. Сжавшись в комок и уткнувшись головой в палую листву, Митя пережидал, пока не отпустит боль.
До конца она так и не прошла, но немного поотступила. Стало возможно думать - что делать дальше. В одиночку, слабому, безрукому.
Воздух был свежий и чистый, а над головой шумели деревья. Умирать не хотелось, уж особенно после кромешного подземного ползповения.
«« ||
»» [145 из
531]