Анатолий Брусникин – Девятный Спас
Ну конечно, Димитрий, защитник жён и детей. Вот, стало быть, кто сошёл лунной ночью на землю и Василиску спас.
Она улыбнулась небесному рыцарю, но сама понимала, что и это тоже сон, только очень-очень хороший. А впереди ожидали другие сны, один лучше другого.
С облегчением и отрадой Василиска опустилась в чудесное сонное царство, будто утонула в мягкой перине лебяжьего пуха.
* * *
Скрип-скрип-скрип. Кресло катилось по лесной дорожке на предельно возможной скорости. Илья качал рычаг с такой силой, что ещё чуть-чуть - и передаточные зубья отлетят.
Впервые за девять с лишком лет калека нарушил неписаный закон, без которого не стал бы тем, чем стал: зарекался ругать свою несправедливую судьбу, а теперь клял её, проклятущую, последними словами. Крыл свои никчёмные ноги, ругал недостаточно большие колёса, материл ухабы, из-за которых шибко не разгонишься.
Никак ему было не поспеть. Всё решится без него. Это обидно, но не в том суть. Девочку бы спасти! Пускай не Илья, пусть Митьша спасёт. Лишь бы не опоздал!
Они с Дмитрием уже спали, когда на лесной дорожке раздался знак - запищала иволга, которой октябрьской ночью не положено.
- Скачет кто-то! - прислушался Илья, снимая с полатей ноги, одну за другой. Митьша был уже у окна.
К избе несся игрушечный всадник: сам маленький, и лошадь тоже маленькая.
«« ||
»» [200 из
531]