Анатолий Брусникин – Девятный Спас
- Погоди-ка, погоди, - вдруг спохватился он, припомнив сказанное допрежь того. - Как это - «не умею втихую»? Ты что, из Сечи на Москву явно ускакал? Не может того быть!
- Конечно, явно. Я им сказал, что не допущу измены православному отечеству. А коли станут на своём стоять - извещу государевых людей. Хотели они меня саблями рубить, да я отбился. - Удивительный асаул показал пальцем на рубцы. - Потому и не мог к царю в ставку скакать - кошевой на запад разъезды послал, меня ловить. Ну, а я подался на восток…
Собирался Ромодановский доносчика в приказе оставить, а теперь передумал. Такого дурака в Преображёнке не надобно. Куда б его пристроить?
Хороший начальник всегда умеет любой твари найти полезное употребление. Если человечишко вовсе ни на что не годен, можно его на огороде в грядку закопать, чтоб морковка-капуста веселей росла. А уж глупому, но храброму вояке в наши времена служба подавно найдётся.
- Расскажи, где бывал, в какие походы хаживал, - велел князь-кесарь, чтоб получше разобраться в сей любопытственной особи. Другую такую ни в Преображёнке, ни, пожалуй, во всей Москве не сыщешь.
- Куда только не хаживал… С полковником Матвеем Темниковым воевал шведа на Ладоге и под Быховым - пятидесятником был, потом сотником. Под Охтой ранен картечами. С походным атаманом Симоном Галухой в семьсот пятом, уже будучи куренным, немного погуляли в Крыму…
- Как в Крыму? У Москвы с ханом мир!
- То у Москвы… Мы ходили у крымцев свой полон отбивать. Много народу за Перекоп угоняют, в рабство продают. Галуха без малого тыщу душ христианских вывел.
- Поди и себе зипунишек добыли?
- Не без этого. Государево жалованье на Сечь плохо доходит.
«« ||
»» [222 из
531]