Анатолий Брусникин – Девятный Спас
- Про депешу помню. Но ты-то почему у гехаймрата? И пошто ко мне в этаком подлом виде ввалился? Зачем секретарю «слово и дело» сказал?
- Приказано мне временно быть при Внутреннем полуприказе - до разъяснения дела. Господин гехаймрат ныне спешно уехал в Суздаль. Доносец некий поступил, его милость решил сам проверить.
Князь насторожился.
- Неужто к царице Евдокии нитка потянулась?
В Суздали, в Покровском монастыре, содержалась отлучённая государева супруга, в пострижении инокиня Елена. Во время Большого бунта стрельцы пробовали с царевной Софьей стакнуться. Неужто теперь они ведут апроши к Евдокии? Тогда неудивительно, что начальник полуприказа, всё бросив, понёсся в Суздаль.
- Того не ведаю. Мне поручено иное. Хожу по слободам, по монастырям, по кабакам, где сиживают бывые стрельцы. Слушаю, с людишками толкую. Господин гехаймрат велел, если выведаю что сполошное, не ждать его, бежать прямо к твоей княжьей милости. А не станут пускать - кричать «слово и дело».
- Что ж такого сполошного ты по кабакам вызнал?
- Да уж вызнал, - молвил прапорщик Попов, задорно блеснув карими глазами. - Сполошнее не бывает.
Нахальный, подумал Ромодановский. Нахальных князь-кесарь не любил и терпел, лишь если пользы в них больше, чем нахальства. Рявкнул:
- Сказывай! Клещами, что ль, из тебя тянуть? А то гляди, прапорщик. Можно и клещами.
«« ||
»» [226 из
531]