Анатолий Брусникин – Девятный Спас
Нестройным гулом десятники ответили, что гибели не устрашатся, за старину и правду постоят до конца.
- Нет больше мочи терпеть злое от власти неистовство, - заговорил тогда Фрол твёрже, с силой. - Ране Пётр одних нас, стрельцов, терзал, а посадские сбоку смотрели. Ныне же всем житья не стало. Последнюю кожу дерут, кровь льют христианскую, а чего для? Чтоб из заморских стран траву табак, да бабий волос, да прочую пакость завозить? Нужно оно нам, море балтийское, холодное?
- Пропади оно пропадом! Тьфу в него, лужу солёную! - согласились десятники.
Дальше бас говорил про доносы и казни, про разорение русской земли, про глумление над христьянскими святынями. Многое из его речей относил ветер, но многое внизу было и слышно.
- А ведь правда всё, - вздохнул Дмитрий. - Так и есть.
Попов горячо возразил:
- Глупство и скудоумие! Если бы их, дураков квасных, за бороду из болота не выволочь, если б регулярную армию не затеять, затоптал бы нас швед. В Европе мануфактуры, корабли стопушечные, а мы всё на заду рассиживаем!
- Однако не шведы на нас войной полезли - мы на них.
Увлекшись, друзья заспорили громче нужного, а тут как раз и ветер стих. Вдруг сверху слышится:
- Чтой-то там? Никак голоса?
«« ||
»» [246 из
531]