Анатолий Брусникин – Девятный Спас
- Илюша приехал! Милые вы мои, все ко мне собрались, попрощаться! Спасибо вам.
Лишь теперь Никитин разглядел, что оживлённый румянец, которым были окрашены её щёки, какой-то неестественный, пятнами, а движения слишком порывисты.
- Куда ты ныне? В Сагдеево? - спросил он, забыв, что хотел начать с благодарностей.
Она будто не слышала. В комнату как раз входил Ильша, и Василиса кинулась ему навстречу - обняла, поцеловала. Дмитрий насупился. Его-то подобной милости не удостоили… За княжну ответил Попов:
- Конечно, в Сагдеево. Куда ж нам ещё?
Не понравилось Мите, как он это сказал. Будто по-хозяйски. В каком смысле «нам»?
Но здесь заговорила Василиса, и Никитин стал смотреть только на неё.
- Автонома Львовича - понятно, на нём вина. - Девушка произносила слова быстрей обычного и всё поёживалась. - Но Петрушу в Сибирь за что?
- Положено так, по указу об отчине, - объяснил Попов как самый сведущий в законах. - Сын за отца ответчик. Ибо ежели ты плоть от плоти и кровь от крови, то и отвечай плотью и кровью.
- Петруша болеет часто! А его в холодную Сибирь, на телеге! Хотела шубу передать или хоть тулуп - не дозволили!
«« ||
»» [497 из
531]