Анатолий Брусникин – Девятный Спас
- Если б так, то и твоей золотой головы не надо, - поддразнил его Попов. - Чего захотел - два пуда пороху. Порох нынче весь казённый, тратить его можно лишь на военные нужды. Ну, или ежели надо князь-кесаря к небесам подкинуть.
Он был в весёлом настроении. Радовался приключению и скорому богатству. А Никитин подумал, уж не из-за Василисы ли? Может, успела оборотистая блошка подобрать ключик к её сердцу?
Пока Алексей балагурил, а Дмитрий терзался, Ильша без дела не стоял.
Проверил, что из его прежнего хозяйственного обзаведения сгодится в дело.
Раздвижной настил, чем дыру в плотине накрывать, оказался цел и вполне крепок. Хорошо. Будет на чём вагу установить.
Для самой ваги и для лебедя сгодятся молодые дубки из прибрежной рощи. Железная цепь захвачена из дому. Канаты тоже. Ну а что садок? Не рассохся ли?
Большущая бочка, тоже дубовая, пропитанная особым составом, который не пропускал воду, в прежние времена служила у Ильи садком для заготовления живой рыбы.
Вот что значит добротная работа. Какой бочка была девять лет назад, такой и осталась, только наполнилась до краёв зацветшей дождевой влагой. Значит, не текуча.
Стёкла, как и думалось, нашлись среди головешек. Когда Илья, уходя навсегда, поджог своё уединённое жилище, окна от огня полопались, но оставшиеся куски годились в самый раз. Стекло было хорошее, прозрачное. Когда-то он сам его плавил из кремневого песка, поташа и прочих добав. В общем, мастер остался всем доволен.
* * *
«« ||
»» [503 из
531]