Андрей Буторин - Червоточина
Нича плохо умел определять возраст детей, но мальчику было вряд ли больше пяти. Одет он был в клетчатую, зеленую с желтым, фланелевую рубашку, шею скрывал намотанный в два-три слоя толстый серый шарф. На макушке ребенка топорщился хохолок, взглянув на который Нича сразу почувствовал, что страх отступил. Не исчез совсем, а слегка отодвинулся, будто давал Ниче возможность перевести дух. Соберись, дескать, с силами, отвлекись, расслабься, с ребеночком потетешкайся, а вот потом-то я тебя ужо как следует попугаю!..
Разговаривать с детьми Нича тоже не умел. Не довелось набраться опыта. Но что-то говорить было надо – не торчать же истуканом! И он сказал первое, что пришло в голову:
– Ты почему один?
Мальчик даже не повернул головы. Но все же ответил, тихо и чуть хрипло:
– Я не один. У меня есть папа и мама.
– А где же они?
Мальчик быстро, всем телом, развернулся к Ниче.
– Ты что, не знаешь, где бывают папа и мама? На работе, конечно.
– А… – Нича хотел спросить, где же они тут работают и кем, но побоялся, что мальчик опять возмутится его тупостью, и задал нейтральный, на его взгляд, вопрос: – А ты что делаешь?
– Болею.
«« ||
»» [111 из
405]