Андрей Буторин - Червоточина
Он уже открыл ее, когда двойник вдруг спросил:
– Слушай, а как у тебя… с Машей?.. Ну… вы все еще вместе?
– Это с какой Машей? – обернулся Нича. – С темненькой такой?
– А что, их у тебя несколько? – буркнул дубль. – Разумеется, с темненькой… Хотя и так уже все понятно. Иди давай!..
– Ничо так, – помотал головой Нича. – Во дает молодежь! Еще и командует.
Не оглядываясь больше на бесполезного двойника, он вышел и закрыл за собой дверь.
* * *
Заглядывать в следующие купе ему расхотелось. Мало того что разговаривать самому с собой и даже смотреть на себя со стороны оказалось неприятно, так еще и толку это не давало. Похоже, кто-то над ними просто прикалывался. Или не просто. Но в любом случае с целями, недоступными его пониманию. Так стоит ли валять ваньку, плясать под чужую дудку? Не стоит.
И Нича решительно двинулся по проходу к тамбуру. Хлопая дверями, он вышел на лязгающую сцепку, перешагнул ее, миновал еще пару дверей и оказался в таком же точно купейном вагоне. Синяя дорожка на полу, желтые занавески на окнах, двери купе, пронумерованные, начиная с пяти – через десятку…
Такой? Или тот же?.. Нича почти бегом пересек вагон и зашел в следующий. Там все выглядело абсолютно так же. Можно было заглянуть в одно из трех первых купе, чтобы убедиться, тот ли это вагон или просто похожий, но Ниче очень не хотелось встречаться со своими омоложенными копиями. Он был уверен, что они там окажутся и узнают его; что этот вагон – единственный в поезде. Как ель за окном первого купе, как волнорез – за окном третьего. Но чтобы эта уверенность стала очевидностью, Нича решил провести не связанный с двойниками эксперимент. Он раздвинул занавески на одном из окон, а еще на одном скрутил их в жгуты и затолкнул концы между стеклом и перекладиной. Затем прошел в соседний вагон и убедился, что ходит по замкнутому кругу.
«« ||
»» [119 из
405]