Андрей Буторин - Червоточина
– Ты их видела? Ты их точно видела? – рванулся к ней Геннадий Николаевич. Он протянул руки, будто собрался ухватить Зою за плечи и трясти ее, трясти, трясти, пока она не выложит всю правду. Лишь в последний миг он остановился, отпрянул и поспешно убрал за спину руки, словно и впрямь был не уверен в своих намерениях.
– Да, – сухо ответила Зоя. – Видела. Слышала.
– Расскажи, – жалобно попросила Зоя Валерьевна. Но вспомнила, видимо, о состоянии гостьи и спросила: – Ты сможешь?.. Хотя бы вкратце расскажи, если можешь.
И Кокошечка стала рассказывать, скупо бросая слова, монотонно, без интонаций, словно читала скучный текст по бумажке. Оттого смысл ее рассказа казался еще более достоверным, страшным, не оставляющим ни малейшей надежды.
* * *
Зоя уже давно замолчала, а Бессоновы по-прежнему сидели в застывших позах, словно услышанное сковало их тела. И так же не шевелясь, первой разжала губы Зоя Валерьевна.
– Нет. Не может быть, – сказала она.
И этот едва слышимый звук словно разбудил Геннадия Николаевича. Он подскочил и замахал руками:
– Ну, ерунда же, ерунда! Хард-рок какой-то!.. Тебе просто приснилось! Сама же говоришь, что не получалось ничего, а когда легла…
– Не приснилось, Гена, – перебила его Зоя. Она сказала это шепотом, но Бессонову почудилось, что прогремел гром. Ему и так было уже ясно, что все сказанное Кокошечкой правда, а теперь, предвестницей грома, мелькнула молния, окончательно развеяв все сомнения.
«« ||
»» [225 из
405]