Андрей Буторин - Червоточина
И он рассказал о составе, который видел в поселке. А потом развел руками:
– Только я не представляю, как на нем можно уехать домой. Даже если мы найдем среди попавших сюда людей машиниста.
– Машинист – не проблема, – задумчиво подергал «хвост» Геннадий Николаевич, создав вокруг головы пыльный нимб, – я и сам смогу. А вот что это даст?..
Соня внезапно закашлялась. Сначала ей показалось, что она неосторожно вдохнула поднятую Ничиным отцом пыль, но вкус во рту был странным, скорее – табачным, хотя вокруг никто не курил. Ощущение было таким, будто покурила она сама. Как тогда, с Несом.
«С кем?!.» – от неожиданности она снова закашлялась и пропустила начало фразы Геннадия Николаевича.
– …что надо делать, – тихо произнес он и пристально посмотрел в глаза Юрса. Волк осторожно кивнул. Геннадий Николаевич перевел взгляд на Марию Антоновну: – Мне нужно с вами двоими поговорить, давайте на пару минут выйдем.
* * *
Оставшись наедине с Ничей, Соня почувствовала неловкость. Нет, виноватой она себя не считала, и все же что-то неприятно скреблось в глубине души. Да и Николай, похоже, на нее все-таки обиделся – вон, стоит, дуется, на нее даже не смотрит.
Она решила заговорить с любимым первой. Не важно, кто из них на самом деле виноват, да и есть ли тут вообще чья-то вина. Но если встать в позу, поиграть в дурацкую гордость – кому станет от этого лучше? А вот хуже точно станет. Обоим.
Соня подошла к Ниче и дернула его за пыльный рукав.
«« ||
»» [377 из
405]