Андрей Чернецов Валентин Леженда - Слепящая пустота
Тут в разговор вмешалась жена Семена Степановича, поднеся отцу Павлу стакан с самогоном. Однако инок не захотел принимать угощение в «бесовском вертепе». Плюнув под ноги супругам, он еще раз погрозил кулаком и пошел к выходу.
Вонючка увидел взгляд, которым обменялась Антонина с мужем, и похолодел. В этом взгляде читалась такая звериная ненависть, что оторопь брала.
Бурый схватил тяжелую бронзовую статуэтку, стоявшую в коридоре рядом с вешалкой. Сообразив, что он хочет сделать, Вонючка открыл было рот, чтобы крикнуть, предупредив отца Павла о грозящей опасности, но жена Семена Степановича быстро зажала ему рот рукой. Гарик укусил ее, вырвался и все-таки завопил, но, увы, опоздал. Конфедерат уже нанес монаху сильный удар по голове.
Обливаясь кровью, отец Павел осел на пол. Гарику сделалось дурно, и он потерял сознание.
Пробыл он в отключке довольно долго. Наверное, не обошлось без сонного зелья, подмешанного в еду или питье. Очнулся уже тут, на Алексеевской, когда его бросили в клетку. Подлое семейство продало Вонючку в рабство, чтобы избавиться от ненужного свидетеля. Удивительно, что и его не пришибли, как монаха. Никак феноменальная жадность убийц спасла от верной гибели. Не смогли они удержаться, чтобы и тут не заработать немного денег.
Слушая рассказ Гарика, Данила видел, что тот не врет — искренне ненавидит злодеев и сочувствует невинной жертве. В принципе, считать его предателем не за что. Он всего-навсего рассказал человеку, спасшему его от мутантов, о том, что того интересовало. Не подозревая, для чего конфедерату нужна эта информация. Конечно, сам Данька, скорее всего, держал бы язык за зубами, и никакими патронами его не соблазнили бы.
— Ладно, Гарик, без обид, — сказал он великодушно, и сам почувствовал на душе облегчение, словно некий камень свалился.
Но весть о жутком происшествии с отцом Павлом потрясла мальчика. Перед глазами встал кроткий и в то же время величавый облик монаха. В голове зазвучала его речь.
До чего же несправедливо, что такие вот хорошие люди страдают, а всякая дрянь, вроде Бурого, отца Навуфея или одноногого Стылого, продолжает жить и здравствовать! Что за гадость эта жизнь…
Дождавшись, когда тяжелый комок в горле исчез, Данила, в свою очередь, поведал Вонючке о своих злоключениях. Гарик слушал с раскрытым ртом и широко распахнутыми глазами. Даже наверняка чуточку завидовал приятелю, пережившему столь увлекательные и невероятно опасные приключения. Особенно его потряс рассказ о двухголовой гигантской змее и цветах-хищниках.
«« ||
»» [280 из
420]