Сурен Цормудян - Наследие предков. Tod Mit Uns
- И с чего мы начнем эти наши так называемые переговоры? - хитро и зло прищурился центурион.
Выслушав перевод и отпив кофе, Стечкин невозмутимо ответил:
- Для начала, нам не помешало бы узнать причину вашего нахождения на нашей земле. Исходя из них мы можем строить дальнейший диалог. Ведь вполне может быть, что ваши намерения на нашей территории неприемлемы для нас.
- На вашей территории? - седые брови Элиаса поднялись. - Надеюсь, вы не будете мне твердить о законности Ялтинских и Потсдамских сговоров азиата, шакала и инвалида?
Стечкин усмехнулся. В Потсдаме, вроде, уже не инвалид Рузвельт был, а Трумэн. А «Шакалом» Гитлер называл, кажется, Черчилля…
- Мои далекие предки, - продолжал Клаусмюллер, - родом из Пруссии. Они перебрались в Южную Америку в позапрошлом веке. Когда началась Первая мировая, кто-то из последующих поколений вернулся в империю и вступил в рейхсвер добровольцем. Их родовая ферма была на земле, которую вы забрали себе и потом отдали полякам.
- Я не отрицаю, что когда-то эта земля была Восточной Пруссией. Но позвольте теперь я вам расскажу историю своего рода. Мои предки жили в Белоруссии. Простые труженики от сохи. Потом вдруг пришли ваши предки. Среди ста пятидесяти восьми деревень, захваченных ими, оказалась и та, где жили родители моего деда и его сестра. Их сожгли. Заживо. В амбаре. Их троих и еще сто шесть человек. Тоже стариков, женщин и детей. Из всей деревни выжило двадцать детей, которых ваши предки отправили в Саласспилский[33] лагерь смерти. И там из них выкачали кровь для раненых солдат Гитлера. Я надеюсь, вы понимаете теперь, отчего я по праву называю эту землю НАШЕЙ? Вы поняли причинно-следственную связь?
Клаусмюллер нахмурился. Пристально смотрел на Стечкина и играл желваками на лице.
- Может, вы хотите сказать мне, что сие действо было частью акта по освобождению нашего народа от большевистского ига? - зло усмехнулся майор.
- Мои предки были воинами. Солдатами, но не палачами, - отозвался, наконец, центурион.
«« ||
»» [250 из
413]