Диана Сеттерфилд - Тринадцатая сказка
– Дурацкая штуковина, верно? – сказал Аврелиус.
Я услышала, как он задвинул в печь противень, прикрыл дверцу и, подойдя, стал за моим плечом.
– Открой ее сама – у меня руки в муке.
Я расстегнула пряжку, и борта сумки распались в разные стороны, образовав на полу подобие круглого коврика. В самом центре лежал комок из бумаги и тряпок.
– Мое наследство, – объявил Аврелиус.
С виду это был обычный хлам, которому место в мусорном баке, но Аврелиус вперил в него горящий взгляд, каким может смотреть маленький мальчик на драгоценный клад.
– В этих вещах моя история, – сказал он. – Эти вещи говорят мне, кто я есть. Надо только… надо уметь их понять. Всю жизнь я пытался решить эту загадку. Я думал, я искал правильный подход… ниточку, за которую надо потянуть, чтобы все стало на свои места. Взять хотя бы это…
Он указал на скомканную льняную тряпку, в прошлом белую, а ныне грязно-желтую. Я извлекла ее из кучи и расправила. Это была детская рубашонка с вышитым узором из белых цветов и звезд и четырьмя перламутровыми пуговицами. Широкая, испачканная мукой ладонь Аврелиуса зависла над ней, не решаясь прикоснуться. Ее рукав сейчас годился ему разве что на палец.
– Вот в это я был одет, – сообщил Аврелиус.
– Она очень старая.
«« ||
»» [193 из
357]